Синяпкинский клад.

Синяпкинский клуб. Август 2019 года.

Записано со слов Секретёва Александра Дмитриевича 1927-го года рождения.

Вторая половина декабря 1942-го года — Сталинградская битва близится к своему логическому окончанию. Паулюс в Сталинграде заперт окончательно и бесповоротно. Его «спаситель» Манштейн разбит и отброшен на юго-запад от Сталинграда. В результате операции советских войск Юго-Западного и левого крыла Воронежского фронта под названием «Малый Сатурн» линия фронта переместилась на линию железной дороги Сталинград — Лихая на её участок от станции Чир и далее Суровикино, Обливская, Морозовская. Германское командование опасаясь прорыва советских войск к Ростову на Дону и при этом быть запертыми на Северном Кавказе начинает отвод своих войск из под Сталинграда. В водоворот вышеописанных трагических событий вовлечены миллионы человеческих судеб. Советских, германских, итальянских, румынских солдат, а так же мирных жителей Сталинградской и Ростовской областей. В числе этих миллионов узников судьбы оказалась и семья Секретёвых из хутора Кололовский, испившая, как и многие подобные ей советских семей, полную чашу страданий: лишения, скитания, тяжесть утрат…
Глава семьи Дмитрий Дорофеевич Секретёв 1903 года рождения 03 сентября 1941 года был призван в армию. Он успел только прислать по пути в Москву одну открытку и сгинул после этого в подмосковной мясорубке (погиб недалеко от г. Лобня). Его супруга Степанида Петровна осталась вдовой с двумя детьми на руках — с Александром 15 лет и Михаилом 9 лет. Оккупация была пережита относительно благополучно. Повезло, что в хуторе дислоцировались в основном германские части, а не румынские и не итальянцы, которые в большей степени чем немцы отличались грабежом и разбоем по отношению к мирному населению. Но и «цивилизованные» германцы особо не церемонились с местным населением — реквизировали велосипед у Саши, продукты питания, а однажды Александра ценой своей жизни спасла дворняжка Бесик, когда немец натравил на парня немецкую овчарку. Бесик просто бросился наперерез огромному псу и пока эта зверина рвала в клочья бедную собачонку Александр успел убежать…
От голода спас заглохший и брошенный отступавшими советскими войсками трактор. Саша вместе с пожилым жителем хутора восстановили его и приспособили молоть муку для всей округи. За работу брали определённый процент продукта.
А ещё местные старики время от времени подсылали Шурку (так они звали Александра Секретёва) к немцам узнать, как там положение на фронте, так как он не плохо знал немецкий язык, который до войны изучал в школе. И вот однажды на привычный уже вопрос «Когда же всё таки немецкие войска возьмут Сталинград?» Александр получает сильнейшую затрещин по шее и пинок от которого он кубарем вылетел из хаты занимаемой фашистами. По воспоминаниям Александра Дмитриевича Секретёва эта затрещина оказалась самой приятной в его жизни. Стало ясно, что дела у немцев под Сталинградом не важные…
И вот вскоре после этой затрещины в оккупированном хуторе Кололовском события стали развиваться очень динамично и не в лучшую сторону. Было объявлено, что бы все жители собрались на колхозном дворе. Поздно вечером всех собравшихся под конвоем угнали на станцию Обливская, а затем по железной дороге отправили в Белую Калитву в концлагерь. К счастью все угнанные впоследствии были освобождены, наступавшими Советскими войсками. Секретёвы на сбор не пошли и тем самым избежали этого первого выселения. Но вскорости немцы начали строить линию обороны, которая проходила прямо через Кололовский и всех оставшихся жителей силой выбросили из хутора. Секретёвым пришлось спешно переселяться в соседний хутор Синяпкин к своей дальней родственнице. Родственница жила в небольшой хатёнке на краю хутора возле достаточно оживлённой дороги. И вот это сочетание — край хутора и близость дороги впоследствии чуть не стало фатальным. А дело было так.
У родственницы ещё жил «примак». «Примак» — это выкупленный за продукты или за золото из немецкого лагеря военнопленных советский воин. Муж у женщины погиб на фронте, как и у многих миллионов подобной ей советских вдов. И вот чтобы иметь мужскую поддержку по хозяйству и как то заглушить бабью тоску проворные казачки подбирали себе подходящих мужичков в расположенном неподалеку лагере и выдав за своего мужа выкупали их у охраны. Непосредственно самих военнопленных чаще всего охраняли не немцы, а всякая разношёрстная братия вроде украинцев и русских предателей и прочих третьесортных вояк. Жёсткого учёта военнопленных не было (слишком велика была естественная убыль), да и само немецкое командование на это смотрело сквозь пальцы: меньше ртов — меньше проблем.
Так вот в один из тех тревожных дней когда германские войска должны были вот-вот навсегда покинуть станицы и хутора вдоль небольшой казачьей реки Чир нежданно-негаданно в хату, где жили Секретёвы с хозяйкой ввалился немец. Саша был уже достаточно взрослым и он отличался обычной для своего возраста любознательностью, знал сносно немецкий язык и имел определённый опыт общения с немцами. Поэтому он быстро сообразил, что перед ним был офицер артиллерист. Офицер тоном не терпящим возражения приказал сожителю хозяйки и Александру быстро одеваться и следовать за ним. Немного пройдя по хорошо накатанной дороге офицер вдруг неожиданно свернул с неё и по свежей колее петлявшей по целине стал подниматься в гору. Пройдя с километр на бугор, когда уже сзади не стало видно домов и других построек хутора впереди показался одиноко стоящий в степи немецкий грузовик. Рядом с грузовиком что то лежало на земле накрытое брезентом. С одной стороны брезент не полностью прикрывал груз и Александр разглядел штабеля ящиков очень похожие на те в которых хранили и перевозили артиллерийские снаряды. Рядом с этими штабелями была размечена и на пару штыков вырыта почти квадратная яма, как стало сразу ясно — под эти самые ящики. На земляном отвале сидел ещё один немец — скорей всего водитель грузовика. Стало понятно, что бедняге в одного ковырять мёрзлую землю было не очень сподручно, вот командир и пригнал помощников. Далее копать пришлось втроём по очереди долго и упорно. Когда яма была выкопана такой глубины, что самому не выбраться, офицер скомандовал водителю и тот помог Саше выбраться из ямы. Начало уже смеркаться. Последовала команда по отношению к Александру: weg (вэк). Его повторно упрашивать не пришлось побыстрей ретироваться от греха подальше. Шёл быстро не оглядывался, холодок ужаса пробегал по спине — что там на уме у этих проклятых фрицев. И когда уже подходил к дороге вдруг сзади раздался громкий винтовочный выстрел. С перепугу Саша прямо носом плюхнулся в придорожную канаву. Лежал и не шевелился пока полностью не стемнело. Потом бегом-бегом домой. Впоследствии ни немцев, ни сожителя хозяйки больше никто не видел. С большой долей вероятности можно предположить, что бывший военнопленный был застрелен немцами и закопан в той же самой яме вместе с ящиками. Только возникает вопрос: почему не застрелили пацана — лишнего свидетеля? Взрослого убили — понятно. По приходу советских войск бывшего военнопленного в обязательном порядке допрашивают в спецслужбах и о схроне стало бы сразу известно — немцы об этом знали. А самый главный вопрос — что в ящиках? Сто процентно там не простые боеприпасы и не простое оружие. Это барахло немцы бросали сплошь и рядом в огромных количествах без зазрения совести. Тратить практически целый световой день на захоронение ящиков, когда советские войска наседают на пятки: долбить мёрзлую землю, убивать человека… Немцы педантичны. Скорей всего у офицера были какие то чёткие инструкции по поводу перевозимого им груза.

ВОПРОС №1: «Что зарыто у хутора Синяпкин немцами?»
ВОПРОС №2: «Надо ли вскрывать этот схрон?»

Старое Синяпкинское кладбище. Август 2019 года.

Добавить комментарий